Ведь если предположить, что никаких "методов влияния" у В.В.Путина не зарезервировано, то получится, что вся преемственность курса между двумя президентами базируется исключительно на каких-то личных договоренностях, причем непубличных, фактически – на честном слове. А разве так может быть? Речь-то идет не только о миллиардах, возможно сотнях (!) миллиардов долларов; речь идет о жизни и свободе многих и многих могущественных людей. Мы видим, что в нынешней России не то что звание премьер-министра не защищает от мгновенной и абсолютно немотивированной отставки; мы видим, что даже звание замминистра не защищает от ареста и тюрьмы. Сторчак, замминистра финансов, так и сидит уже скоро полгода, и когда его судьба хотя бы прояснится – никому неведомо.
При всем при том нельзя не заметить, что до сих пор вся процедура передачи власти протекает без всяких видимых препон, можно даже сказать – легко и весело. Скипетр и корона уже проделали большую часть пути к новому президенту с многозначительными инициалами МДА, и Путин при этом излучает абсолютное спокойствие и уверенность в собственном будущем. Эта загадка никому из аналитиков не дает покоя: почему он так спокоен и уверен? Как можно быть в чем-то уверенным в сконструированной им модели власти в России, где у президента в руках соединены практически все рычаги, и, следовательно, любой, кто не-президент, просто по определению не должен и не может быть ни в чем уверенным?
Чем он собирается "держать" Медведева? "Может быть, – вспоминают одни предания "лихих 90-х", – у него есть какие-то чемоданы компромата?" "Полноте, – возражают тут же другие, – Путин не Руцкой, он, кстати, не будет иметь даже звания вице-президента". Ежу понятно, что в нынешней России всерьез пугать действующего президента неким компроматом – все равно что того же ежа голой… гм! Ну, вы понимаете. Нет, романтические чемоданы остались в прошлом, но что же тогда? Или все впрямь держится на джентльменских договоренностях, том самом добром слове?!
Тут уместно вспомнить расхожую фразу киношной мафии о том, что добрым словом и пистолетом можно добиться, как все мы помним, гораздо большего, нежели чем просто добрым словом. Возможно, именно здесь и стоит поискать разгадку?
Своим недавним нашумевшим указом пока еще действующий президент Путин предписал, как следует охранять президента будущего, причем – уже сейчас. У широкой публики такой шаг вызвал почти умиление, и это умиление было ласково растиражировано СМИ: мол, надо же – смотрите, какая забота! Как "старший товарищ" печется о "младшем"! Казалось бы, мог бы два месяца и потерпеть до инаугурации, попользоваться пока вице-премьерской охраной – все равно ведь обязанности президента в полной мере пока что лежат не на нем. Но нет, Владимир Владимирович хочет, чтобы Дмитрий Александрович насладился почетным эскортом уже сейчас, попривык чтобы!
Однако вполне возможно, что все значительно проще… и грубее. Чтобы понять смысл происходящего у нас на глазах, давайте отойдем чуть-чуть назад.
Вспомним, каковы были первые шаги Бориса Ельцина на посту первого президента России? Первого – значит, в аппаратном смысле почти "голенького". Ельцин был свежеизбранным высшим должностным лицом в государстве, не имевшим никаких "своих" структур, а вынужденным пользоваться готовыми структурами, созданными до него и, возможно, в ряде случаев для противодействия ему… Какими-то из структур он воспользовался в неизменном виде, какие-то стал сразу реформировать. А вот одну важную структуру он создал практически "с нуля" - и держал этот процесс под своим непрерывным контролем. О чем мы говорим? Знающие люди понимающе улыбнутся: речь, конечно же, идет о ФСО (Федеральной службе охраны) и СБП (Службе безопасности президента), во главе которых он поставил абсолютно преданных лично ему людей с опытом (что немаловажно!) работы в спецслужбах: Коржакова и Барсукова. Очень скоро эти новорожденные спецслужбы приобрели огромное влияние и могущество…
В частности, еще и потому, что параллельно Ельцин с невиданным ожесточением принялся громить тогдашний КГБ, "контору" - давно уж утратившую к тому моменту бывший леденящий душу статус "ГосУжаса". "Контора" подвергалась непрестанным переименованиям и сокращениям, в какой-то момент КГБ-ФСК-ФСБ вообще оказалась на волоске от полного аппаратного уничтожения: мстительный, как тогда думали, президент Ельцин чудом дал себя уговорить и не пустить в жизнь уже подготовленный и подписанный им указ о слиянии МВД и ФСК – фактически, о поглощении независимой "конторы" милицейским министерством…
Почему-то принято думать, что такая неприязнь Ельцина к бывшему КГБ объяснялась местью, "чем-то личным". Однако мы видим, на примере того же Коржакова, что Ельцин вовсе не питал отвращения к спецслужбам как таковым. Вероятнее всего, на первых порах своего президентства Ельцин как правитель с безошибочным инстинктом власти "гнобил" ФСК-ФСБ не из какого-то странного предубеждения, а по вполне прагматичным соображениям: он не терпел в ее лице спецслужбу, в чьей полной подконтрольности ему самому у него были основания сомневаться.
Почему? Да просто потому, что прекрасно понимал: пока в стране есть не полностью контролируемая им до самых мелочей спецслужба с возможностями КГБ – его власть зыбка и условна.
И потому Ельцин не успокоился, пока полностью не разгромил "старое" КГБ.
Легко догадаться, что Путин, пришедший на смену Ельцину (аккурат, заметим, с поста директора ФСБ, транзитом через пост премьер-министра), вовсе не имел проблем своего предшественника. У него не было никакой необходимости громить ФСБ и создавать собственные, независимые службы охраны. Наоборот, чуть не с первых дней полновластного распоряжения Россией Путин принялся всячески укреплять ФСБ, возвращая ей функции и подразделения, утраченные в результате бурной деятельности Ельцина. И едва ли не первым делом – наполнил людьми ФСБ доселе могущественную и независимую ФСО. Путину не нужны были соперничающие друг с другом спецслужбы; ему вполне доставало одной, плоть от плоти которой он сам и являлся.
И вот теперь, вооружившись новым знанием, взглянем с этой точки зрения на сегодняшние позиции Медведева. У него, в отличие от прямого предшественника, нет никаких оснований слепо доверять что ФСБ, что ФСК – ведь он не является выходцем из соответствующих структур (а, кстати, Сергей Иванов, другой "неудачливый преемник" - являлся; может быть, именно поэтому ему в итоге и было отказано). Довериться ФСБ он не может – это не "его" структура; но, с другой стороны, он не может и пойти по пути Ельцина, начав громить опутывающие его спецслужбы. Во-первых, характер не тот, а во-вторых – он уже находится в плотнейшем коконе, сотканном этими самыми спецслужбами. О чем Путин ему сразу, своим указом "О порядке охраны будущего президента", ненавязчиво напомнил.
Вопрос "Как Путин собирается контролировать Медведева?" на самом деле прост, задачка из школьного учебника: он уже контролирует каждый его шаг. Если вы управляете безопасностью другого человека – для вас этот человек беззащитен, не так ли?
Соответственно, у всех у нас, "наблюдателей с улицы", имеется простейший и надежнейший индикатор того, насколько самостоятелен в каждый момент времени наш будущий президент. Достаточно следить за тем, кто и как его охраняет. Пока это будет нынешнее ФСБ – всем поклонникам Путина можно спать спокойно: сюрпризы исключены.
Если же Медведев вдруг примется на старый ельцинский манер громить ФСБ – мы это сразу узнаем.
Вот только – успеет ли?
Старая фраза совковых "несунов": "кто что охраняет – тот то и имеет" - на глазах наполняется новым смыслом.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
